Русских писателей изучают в китайской школе, Пекинскую киноакадемию основали выпускники ВГИКа, а российскому кино нужен свой голос. Об этом «Известиям» рассказала Ян Гэ — самая востребованная в нашей стране китайская актриса, чей фильм «Троица» выходит в наш прокат 24 октября.Иванов и Лукьяненко— Вы снялись в экранизациях двух самых популярных российских писателей — в «Черновике» Сергея Лукьяненко и в «Тоболе» Алексея Иванова. Подозреваю, что читать их не приходилось?— «Черновик» пыталась читать, хотя это сложно. Но сама история очень интересная. К слову, там ведь не было героини-китаянки, эту роль придумал для меня режиссер Сергей Мокрицкий, который увлекся моей музыкой. Спасибо ему и продюсеру Наташе Мокрицкой за то, что дали шанс поработать на этом фильме.А насчет «Тобола» — в полнометражную версию моя линия не вошла, поэтому жду сериала. Там мне тоже оказали большое доверие — я играю сестер-двойняшек, то есть сразу две роли. Сам по себе уникальный опыт для артиста. А мне еще пришлось носить кольчугу весом 15 кг, из лука стрелять, с медведем драться. Пережила массу приключений.— Недавно на русском языке вышла книга «Шаровая молния» самого популярного китайского фантаста Лю Цысиня. Там главный герой с детства увлекается музыкой Римского-Корсакова. Это какая-то уникальная история или в вашем детстве тоже присутствовала русская культура?— Конечно, присутствовала. В нашем школьном учебнике были Горький и Чехов. А вот Достоевского не было. Когда я приехала в Россию, удивилась — что это за автор? Например, Гоголя и Толстого в программе тоже нет, но о них мы знали. А про Достоевского, Маяковского даже не слышали. При этом среди всех иностранных писателей именно русских в учебнике было больше всего.

Актриса Ян Гэ на открытии 41-го Московского Международного кинофестиваля. 18 апреля 2019 года

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

— А что по поводу кино? Я, например, общался с Чжаном Имоу, он с любовью вспоминал «Летят журавли». — Здесь нет ничего удивительного — он же учился в китайском ВГИКе. В Пекине есть киношкола (Пекинская киноакадемия. — «Известия»), которую сделали люди, отучившиеся в СССР. Поэтому там показывали «Летят журавли». Как и в российском ВГИКе, где училась я. Столько времени прошло, а легенда остается легендой.И Чжан Имоу уже легенда. Мне очень нравятся его «Герой» и «Дом летающих кинжалов». Он умеет снимать китайскую старину безумно красиво. А я считаю, что кино должно быть красивым. Сергей Соловьев нас так учил.Когда все остальные на курсе уже начали снимать фильмы, он мучил нас фотографией. Многие возмущались, а он отвечал: сначала надо научиться делать красивым один кадр. Потому что кино — это движущиеся картинки. Как пример, он показывал студенческую работу Рустама Хамдамова «В горах мое сердце», которую, где ни останови — хоть сразу в рамку.Школа Соловьева— Учеба во ВГИКе как-то изменила ваше отношение к кино?— Пока я жила в Китае, совершенно в нем не разбиралась, и стала воспринимать кино как искусство лишь во время учебы в Москве. Во ВГИКе я поняла простую вещь: русское кино хорошо тем, что в нем есть русский дух. У каждой большой кинематографии — китайской, корейской или советской — есть свой стиль. Поэтому мне так нравится смотреть старое кино — несмотря на все сложности, русские делали свое.В советское время мы… Смотрите, я уже говорю «мы» — стала наполовину русской (смеется). Дело в том, что в СССР режиссеры не гнались за Голливудом, делали что-то особенное и потому получались шедевры. Сегодня все равняются на Голливуд. А смысл? У нас никогда не будет таких бюджетов. Наоборот, нужно искать индивидуальность, делать то, что никто еще не делал.Вот я недавно была на фестивале веб-сериалов в Нижнем Новгороде (Realist Web Fest. — «Известия»). И это крутой фестиваль, потому что поддерживает молодежь. Сейчас технологии настолько развиты, что можно снимать кино на телефон. И уже снимают — каждый сам себе маленький блогер, может смонтировать сюжет для «сториз». Я общаюсь с людьми, которым 15–16 лет, и они умнее, чем были мы в их возрасте. Я в эти годы понятия не имела, кем хочу стать, а у них уже всё четко разложено по полочкам.

Актриса Ян Гэ перед российской премьерой фильма режиссера Квентина Тарантино «Однажды в… Голливуде». 7 августа 2019 года

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

— Раз уж речь зашла о веб-сериалах, вы что-нибудь смотрите в этом формате? — Сейчас я сериалы не смотрю вообще. Потому что я сериальный маньяк (смеется). Если сяду, то просто выпадаю из жизни — буду смотреть с утра до ночи, и ничего не смогу делать, пока не досмотрю. А мой график, к сожалению, такого не позволяет. Понимаю, что покажусь отставшей от жизни, но я не смотрела ни «Игру престолов», ни «Черное зеркало». Но, конечно, в курсе, что все остальные это смотрят.Фото: из личного архива Ян ГэАктриса Ян Гэ— И сколько вы уже в «сериальной завязке»? — Лет десять. Последний раз сорвалась года три назад, залпом посмотрела «Отжиг» База Лурмана о зарождении рэпа. Там, к счастью, всего один сезон и 11 серий, но на один день я точно выпала из жизни.По законам сказки— Спрошу вас как режиссера двух фильмов — трудно было искать собственный голос?— Я живу и работаю в России, но выросла в другой стране. Как бы хорошо я ни говорила по-русски, как бы хорошо ни знала русских людей и насколько бы своей здесь себя ни чувствовала, это не отменяет того, что в моих жилах течет китайская кровь. В этом моя индивидуальность. И я не могу сказать, что сознательно использую свою «инаковость» в кино. Всё происходит само собой.А вообще мне нравится пробовать что-то новое. Свой первый полный метр «Ню» (спецприз ММКФ-2018. — «Известия») я снимала без денег совсем. Это было настоящее испытание. Я не только сыграла главную роль, написала сценарий, спродюсировала, но и была художником-постановщиком, художником по костюмам, художником по гриму, реквизиторшей, композитором… В общем, выжала из себя всё, что могла на тот момент.В «Троице» (фильм участвовал в конкурсе «Кинотавра»-2019. — «Известия») я решила попробовать снять чужую историю. Да еще на английском языке. Это тоже проба себя: смогу или нет? Обстоятельства были иные — появился бюджет, большой штат людей в подчинении.Мне нужно постоянно выходить из зоны комфорта. Тогда есть драйв. Могу не спать по ночам, терпеть стресс, угодить в больницу, но не сдамся, пока не закончу начатое. Именно так я понимаю полноценную жизнь. Даже, если, не дай Бог, завтра умру, всё равно буду счастлива до последней секунды, так как делала то, что хотела.

Актриса Ян Гэ перед премьерой фильма «Затерянный во льдах». 18 февраля 2019 года

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков

— Уже понимаете, что будете снимать дальше?— Хочу сделать мюзикл-сказку, но про замысел рассказать пока не могу. Музыка — это моя жизнь, хотя я никогда ей профессионально не училась, не знаю нот, но пою арии, пою в своих фильмах. И поэтому подумала — почему бы не сделать мюзикл? А сказка — потому что, я, в общем, человек, живущий в сказке (смеется).Когда незнакомые люди слушают мою историю, они удивляются. Приехала девушка в чужую страну и за десять лет как-то устроилась, снимает кино, дошла до финала вокального телешоу — без денег, без связей, без богатого мужа или любовника. Для меня самой, честно говоря, это шок. И для моей мамы тоже (смеется).— Как сами себе объясняете свои успехи?— Мне кажется, важно правильно ставить цели — надо стремиться не получить что-то, а попытаться что-то сделать и сделать хорошо. Если твоя цель просто взять «Оскар», вряд ли у тебя это получится. Логично сначала постараться сделать хорошее кино.А вообще я верю, что всегда окажусь в том месте, в котором должна оказаться. Если меня не утвердили на какую-то роль, не расстраиваюсь. Значит, не судьба. Я вообще стала спокойнее относиться ко всему. Если моё — никуда не убежит.Справка «Известий»Ян Гэ — актриса, певица и режиссер. Училась в Тульском университете на переводчика и во ВГИКе (режиссерско-актерская мастерская Сергея Соловьёва и Валерия Рубинчика).Сыграла больше 20 ролей в кино, в том числе фильмах и сериалах «Притяжение», «Экипаж», «Черновик», «Звоните ДиКаприо!» и других. Участвовала во многих музыкальных шоу и дошла до финала «Голоса». Режиссер фильмов «Ню» и «Троица».ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Source link